26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров  26 Бакинских комиссаров


26 Бакинских комиссаров

26 Бакинских комиссаров

1965, 102 мин., ч/б, «Мосфильм/Азербайджанфильм»
Режиссер и сценарист Аждар Ибрагимов, сценаристы Иса Гусейнов и Марк Максимов, композитор Ариф Меликов
В ролях Владимир Самойлов, Мелик Дадашев, Тенгиз Арчвадзе, Геннадий Бойцов, Семен Соколовский, Валериан Виноградов, Игорь Юрашас, Никита Жалнин, Эльданиз Зейналов, Иван Косых, Эдуард Изотов, Владимир Пицек, Лоренц Арушанян, Юрий Мартынов, Леонид Евтифьев, Владимир Ферапонтов, Хачик Назаретян

Фильм посвящен двадцати шести комиссарам, погибшим в дни трагических революционных событий 1918 года в Баку…
Из журнала «Искусство кино». Тема двадцати шести бакинских комиссаров разрабатывается уже много лет-в литературе, живописи, скульптуре, в кино. Выдающиеся художники Маяковский, Бродский, Шенгелая, Асеев, Самед Вургун создали произведения, достойные великого подвига пламенных борцов революции. Двадцать шесть бакинских комиссаров. Каждый-личность, где индивидуальны и биография, и характер, и темперамент. Каждый несет в себе высокие мечты, боль, тяжесть страданий своего народа, и в каждом живут надежды миллионов, уверенность в грядущей победе. Двадцать шесть бакинских комиссаров. Все лучшее в каждом впаяно в общее интернациональное дело борьбы рабочего класса. Двадцать шесть комиссаров-это русские, азербайджанцы, армяне, грузины, евреи и латыши. Они жили и боролись в Баку, на берегу Каспия, в столице нефти, в городе, который третьим в стране, после Петрограда и Москвы, поднял знамя революции. Мы помним «Двадцать шесть комиссаров» талантливого Николая Шенгелая еще в немом варианте. В этой ленте были подлинный отблеск революции, ее трагедийность и животворная, победная сила народа, восставшего против своих угнетателей. Фильм Н. Шенгелая вместе с «Потемкиным», вместе с «Потомком Чингис-хана» прошел по экранам мира как утверждение великой правды о молодой Советской стране. Но проходили годы, историки-исследователи извлекли из архивов не известные ранее документы, вышли в свет воспоминания участников революционных событий тех лет. Все это, с одной стороны, обогатило наши знания о подвиге двадцати шести комиссаров, с другой-усложнило задачи авторов нового фильма. Лично мне, как писателю, драматургу, всегда казалось, что рамки обычного фильма не могут вместить кинорассказ об этом подвиге. Если в немом фильме далеких времен можно было говорить какими-то символами и пунктирами, то для сегодняшнего кинематографа, обогащенного опытом таких фильмов, как «Чапаев», «Ленин в Октябре», «Щорс», «Мы из Кронштадта», обязательно уже, в сущности, пристальное исследование события и личности, стремление к обобщению, вне которого нет позиции художника, обратившегося к столь сложному и ответственному материалу. И вот начинается фильм «26 бакинских комиссаров». Первое знакомство с одним из выдающихся коммунаров-Мешадибеком Азизбековым. Он не произносит банальных речей, в нем нет позы, нет ни внешней многозначительности, ни ложного пафоса, которым, к сожалению, грешат в некоторых фильмах исторические герои. Азизбеков в фильме решителен, отчаянно смел. Такое чувство, что вот-вот он, не задумываясь, вступит в рукопашную борьбу с бандой религиозных фанатиков, которые прячут в «неприкосновенной» мечети запасы хлеба, чтобы вызвать смуту среди голодающих, нанести удар в спину бакинской коммуны. Азизбеков решается, несмотря на угрозы, войти в мечеть, чтобы доказать людям, что смутьяны прячут хлеб именно здесь. Так авторы сразу же драматизируют события. Крайняя обостренность конфликта обусловливает жесткость интонационного звучания фильма. Для авторов темперамент революционера-это прежде всего воодушевление борца, сражающегося за свободу своего народа. В начале работы над картиной режиссер Аждар Ибрагимов писал о своих будущих героях: «Все-мыслители. Но мыслители не кабинетные, а выверяющие теорию практическим своим опытом, опытом сознательной революционности». И вот мы встречаем на экране покоряющий образ коллективного героя-«Двадцать шесть их было, двадцать шесть». В коллективе этом не стираются яркие индивидуальности, крупные личности, будь то благородный Шаумян, ироничный и мудрый Азизбеков, порывистый Джапаридзе, искренний, обаятельный Фиолетов, человек богатырского духа-Петров. Коммуна-это союз людей самых лучших, нравственно возвышенных, преданных народной борьбе, ее высоким идеям. Их сила-в чистоте помыслов и деяний. В реализации своего замысла режиссер чужд декларативности. Он доказателен и в психологической характеристике героев и в разработке сюжетной линии, эпизода. Камера движется по залу, по бесконечным рядам пустых кресел. И в одном из них обнаруживает тщедушного старичка-нефтепромышленника Шахбазова. Он невозмутимо выслушивает требования комиссаров передать нефть в руки Советской власти. И на первый взгляд построение эпизода кажется неожиданным: большая группа людей-комиссаров и-маленький, слабый старикашка. Но стоит Шаумяну сказать, что деньги для управления нефтепромыслами будут взяты у промышленников, как распахиваются двери театра и в зал врывается толпа озлобленных толстосумов. Возникает сложная, критическая ситуация, в общем характерная для того времени, когда Баку захлестнул водоворот политических, национальных, религиозных течений. Как вехи нарастающей борьбы сцементированы в фильме эпизоды, раскрывающие непосредственное участие комиссаров в схватке с осатанелыми врагами революции. Это прежде всего момент разоблачения спровоцированной мусаватистами схватки у кладбища, где сошлись две похоронные процессии-азербайджанская и армянская. Сколько отважной прямоты, внутренней убежденности и просто душевных сил потребовалось Шаумяну и Джапаридзе, чтобы прекратить побоище, остановить жестоко обманутых людей. Это последнее заседание Бакинского Совета, где в яростной схватке обнажены классовая, партийная сущность спорящих, где раскрыта идейная позиция и личное мужество комиссаров-тот редкий в кинематографе случай экранизированного заседания, которое смотрится с неостывающим напряжением от начала до конца. По-разному реагируют на речи ораторов люди в зале-рабочие, крестьяне, солдаты, матросы, промышленники. Камера оператора К. Петриченко как бы вторгается в самую сердцевину происходящего. Почти двадцать минут экранного времени занимает собрание Совета. И мы, зрители, словно втягиваемся в борьбу, происходящую там, уже с позиций сегодняшнего дня зная, к чему привело решение пригласить иноземцев в Баку, хотим крикнуть в восемнадцатый год: «Остановитесь, люди! Что вы делаете?! Судьба Баку-в ваших руках. Как можно сдаться на милость англичан?». Но жестокая историческая правда неумолима. И комиссары, негодуя, покидают зал. Идет напряженная схватка двух миров, и в центре ее-двадцать шесть. Комиссары в фильме выступают вместе с народом-выходцы из народа, руководители революционных масс. Вообще народное начало в фильме не акцентировано авторами, а естественно, непроизвольно. Идет эпизод высадки интервентов. И если вглядеться в толпу на набережной, в случайных выхваченных улыбках, в коротких репликах вы почувствуете внутреннее бунтарство, неприятие чужаков. Нет, не гаснут, а разгораются искры вызревающего протеста в разноязыкой волнующейся массе. И мы вдруг понимаем, как бессильны перед народом нацеленные на берег корабельные орудия англичан, вооруженная полицейская свора, усилия соблюсти хотя бы видимость хозяйского достоинства со стороны местных богатеев-нефтепромышленников. Народ не сломлен, не покорен, пламя борьбы вот-вот вспыхнет. Весь актерский ансамбль, исполнители ярких эпизодических ролей-художники высокой профессиональной культуры. Режиссер сумел соединить актеров разных национальностей, разных художественных манер, разных актерских школ в единый крепкий ансамбль. Хочется в заслугу режиссеру поставить следующее. Достаточно крупное историко-революционное кинополотно имело право быть развернутым на две серии. Я думаю, если бы хотел этого постановщик, «добро» было бы получено. Но Аждар Ибрагимов соблазну не поддался, доказав возможность лаконичного и вместе с тем емкого решения. Образный строй фильма современен. Не буду утомлять читателей примерами, напомню только финал картины. Ночная атмосфера, полная напряженного, тревожного ожидания беды, путь комиссаров к месту казни-все это дано на экране в строгом трагедийном ключе. Последние минуты жизни. Кто-то пересыпает песок из ладони в ладонь. Сыплются в пустоту последние песчинки. И вдруг вздымается над пустыней песчаный ураган. Словно вихрь-последняя атака комиссаров. Тяготеющий к обобщениям, к широкой эпической панораме того времени, фильм вместе с тем удивительно точен в деталях, в частностях. И достоверность постановки как бы приближает к нам происходящее. Мне не хочется следовать традиционному рецензентскому ходу и под занавес перечислять недостатки фильма, выискивать авторские промахи. В данном случае, на мой взгляд, куда важнее сказать о том, что удалось в разработке историко-революционной темы. Хотя нельзя не заметить, что в последних кадрах режиссер несколько увлекся чисто зрительными, внешне броскими решениями. А ведь это последние минуты жизни каждого из двадцати шести. Фильм «26 бакинских комиссаров» с успехом идет на экранах Европы и Азии. Он несет братским народам дыхание революционного шторма, славные интернациональные традиции бакинского пролетариата, знакомит с одной из самых героических страниц Коммунистической партии.