Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка  Стачка


Стачка

Стачка

1924, 79 мин., ч/б, немой. «Пролеткульт/Госкино»
Режиссер и сценарист Сергей Эйзенштейн, сценаристы Григорий Александров и Илья Кравчуновский
В ролях Григорий Александров, Александр Антонов, Даниил Антонович, Юдифь Глизер, Михаил Гоморов, Иван Клюквин, Владимир Уральский, Максим Штраух, Борис Юрцев, Вера Янукова

На одном из крупнейших заводов России организуется стачка, поводом для которой послужило самоубийство рабочего, несправедливо обвиненного администрацией завода в краже инструментов…
Первая работа в кино Сергея Эйзенштейна. Именно этот фильм русской революционной кинематографии, при всех своих несовершенствах, стал вехой не только советского, но и всего мирового кино. В этой картине заключено многое из того, что раньше было неведомо художественной кинематографии острота социальной тематики, рождение героя-массы, документальность, элементы нового киноязыка.
Сергей Эйзенштейн был революционером во всех смыслах этого слова. Он изобрел абсолютно новый вид кинематографа, основанного на монтаже-удивительное сочетание марксистской философии, конструктивистской эстетики и своего обаяния в сочетании с визуальными контрастами, противоречиями и коллизиями, вплетенными в сюжет фильма. «Стачка»-его первый полнометражный фильм-планировался как часть серии историко-революционных картин «К диктатуре». Однако в последующие годы цензура, введенная советским правительством, расстроила большинство планов Эйзенштейна, и этот цикл так и остался на стадии разработки. Тем не менее, волнующая энергетика «Стачки» стала своего рода подвигом эмоциональной пропаганды и лабораторией, в которой были испытаны и усовершенствованы идеи его более поздних шедевров немого кино-«Броненосец Потемкин» (1925), «Октябрь» (1927) и «Старое и новое» (1928). В «Стачке» рассказывается о восстании рабочих на фабрике, которые решились на мятеж из-за жадности и мошенничества ее владельцев. Мы видим растущее недовольство рабочих, предательский поступок, подтолкнувший их к решительным действиям, затем мятеж и, наконец, ответные действия фабрикантов, которые вылились в массовое убийство рабочих. Фильм заканчивается напряженным примером того, что Эйзенштейн называл «интеллектуальным монтажом»-кадры резни забастовщиков перемежаются кадрами забоя животных на бойне. Действие в «Стачке» столь же нетрадиционно, как и методы монтажа фильма: реалистичные изображения рабочих сочетаются со стилизованными образами владельцев фабрики и их шпионов. Фильм демонстрирует такие советские теории, как «типаж», когда внешность актеров должна соответствовать характерным типам их персонажей, и «коллективный герой»-не отдельный человек, а массы людей. Политические императивы «Стачки» устарели, но ее визуальное воздействие нисколько не ослабело. «Я не верю в кино-взгляд-заметил однажды Эйзенштейн, ссылаясь на определение Дзиги Вертова, его коллеги и соперника.-Я верю в кино-кулак». Таким мощным принципом проникнут каждый эпизод этого замечательного фильма.